Вы находитесь здесь: Главная » А.М. Горький. «На дне». Пересказ по действиям с цитатами из текста. ДЕЙСТВИЕ 1.

А.М. Горький. «На дне». Пересказ по действиям с цитатами из текста. ДЕЙСТВИЕ 1.

на дне 1д

                                                                        


Действующие лица:

Михаил Иванов Костылев, 54 лет, содержатель ночлежки. Василиса Карповна, его жена, 26 лет

Наташа, ее сестра, 20 лет.

Медведев, их дядя, полицейский, 50 лет.

Васька Пепел, 28 лет.

Клещ Андрей Митрич, слесарь, 40 лет.

Анна, его жена, 30 лет.

Настя, девица, 24 лет.

Квашня, торговка пельменями, под 40 лет.

Бубнов, картузник, 45 лет.

Барон, 33 лет.

Сатин Актер }приблизительно одного возраста: лет под 40.

Лука, странник, 60 лет.

Алешка, сапожник, 20 лет.

Кривой зоб Татарин }крючники

Несколько босяков без имен и речей.

Подвал, похожий на пещеру. Потолок — тяжелые, каменные своды, закопченные, с обвалившейся штукатуркой. Свет — от зрителя и, сверху вниз, — из квадратного окна с правой стороны. Правый угол занят отгороженной тонкими переборками комнатой Пепла, около двери в эту комнату — нары Бубнова. В левом углу — большая русская печь; в левой — каменной — стене — дверь в кухню, где живут Квашня, Барон, Настя. Между печью и дверью у стены — широкая кровать, закрытая грязным ситцевым пологом. Везде по стенам — нары. На переднем плане у левой стены — обрубок дерева с тисками и маленькой наковальней, прикрепленными к нему, и другой, пониже первого. На последнем, перед наковальней, сидит Клещ, примеривая ключи к старым замкам. У ног его — две большие связки разных ключей, надетых на кольца из проволоки, исковерканный самовар из жести, молоток, подпилки. Посредине ночлежки — большой стол, две скамьи, табурет, все — некрашеное и грязное. За столом, у самовара, Квашня хозяйничает, Барон жует черный хлеб и Настя, на табурете, читает, облокотясь на стол, растрепанную книжку. На постели, закрытая пологом, кашляет Анна. Бубнов, сидя на нарах, примеряет на болванке для шапок, зажатой в коленях, старые, распоротые брюки, соображая, как нужно кроить. Около него — изодранная картонка из-под шляпы — для козырьков, куски клеенки, тряпье. Сатин только что проснулся, лежит на нарах и — рычит. На печке, невидимый, возится и кашляет Актер.

Начало весны. Утро.

 

Барон разговаривает с Квашнёй, которая горит, что никогда замуж не пойдёт, что она свободная женщина, чтобы она себя «мужчине в крепость себя отдала — нет! Да будь он хоть принц американский…». Вступает в разговор Клещ, говоря, что Квашня обвенчается с Абрамкой.

Замечание Бубнова Сатину: «Ты чего хрюкаешь?» Ремарка: «Сатин рычит».

Бубнов отбирает книгу у Насти, со смехом читает название книги, которую та читала: «Роковая любовь».

Квашня обвиняет Клеща в жестоком отношении к жене: «Ты вон заездил жену-то до полусмерти…».

Анна больна, она просит всех не ругаться, не кричать: «..дайте хоть умереть спокойно!» В репликах персонажей безразличие к состоянию Анны.

Клещ: «Заныла!».

Бубнов: «Шум — смерти не помеха…».

Квашня поражается, как Анна столько лет с таким «злыднем» жила, называет её «терпеливицей», «нечистым духом». Она жалеет Анну, перед уходом на базар, где Квашня торгует пельменями, она оставляет поесть Анне «горяченьких», ведь «горячее-мягчит».

Сатин не может вспомнить, что его вера бил и за что. Актёр предполагает, что за игру в карты.

Начинается спор, кому убираться. Ни Актёр, ни Бубнов не хотят. Актёр говорит, что ему вредно дышат пылью, его «организм отравлен алкоголем».

Анна предлагает мужу поесть пельменей, ведь ей уже ни к чему.

Сатин произносит трудные слова: органон, сикамбр, микробиотика, транс-сцедентальный…, говорит, что ему надоели слова, которые он слышал тысячу раз. Он говорит: «Люблю непонятные, редкие слова… Когда я был мальчишкой… служил на телеграфе… я много читал книг…». «Я был образованным человеком…»

Актёр вспоминает фразу их «Гамлета»: «Слова, слова, слова!» Он говорит, что играл когда-то в пьесе могильщика. «Офелия! О… помяни меня в твоих молитвах!..» - произносит он, ударяя себя в грудь.

В разговоре с Сатиным Бубнов говорит, что был когда-то скорняком. Думал,что руки от  краски не сотрутся никогда. А вот стёрлись, сейчас просто грязные. «Выходит — снаружи как себя ни раскрашивай, все сотрется… все сотрется, да!»

Актёр считает: «Образование — чепуха, главное — талант.» «А талант — это вера в себя, в свою силу…»

Но его никто не слушает, Сатин прости у Бубнова пятак.

Анне душно, она просит мужу приоткрыть дверь. На слова Бубнова выполнить просьбу жены Клещ говорит: «Ты сидишь на нарах, а я — на полу… пусти меня на свое место, да и отворяй… а я и без того простужен…»

Актёр помогает Анне выи в сени подышать воздухом.

Входит Костылёв, подозрительно осматривает ночлежку, прислушивается, что делается в комнате Пепла. Спрашивает у Клеща, не была ли здесь его жена.

Он обвиняет Клеща, что из-за него Анна «зачахла» совсем. Входит Актёр, Костылёв называет его «добрым», что на том свете ему зачтётся. На что Актёр просит на этом свете зачесть, сократить плату. На что Костылёв горит: «Разве доброту сердца с деньгами можно равнять? Доброта — она превыше всех благ». Говорит красиво, а сам далеко не добр к ночлежникам, а что Актёр называет его «шельмой». Хотя Костылёв и говорит так: «А я вас всех люблю… я понимаю, братия вы моя несчастная, никудышная, пропащая…».

Костылёв достучался до Пепла, убедился, что у тог нет его жены, ушёл.

Сатин говорит, что любит воров, на что Клещ отвечает, что ворам деньги легко достаются.

Размышления Сатина о деньгах и работе: «Многим деньги легко достаются, да немногие легко с ними расстаются… Работа? Сделай так, чтоб работа была мне приятна — я, может быть, буду работать… да! Может быть! Когда труд — удовольствие, жизнь — хороша! Когда труд — обязанность, жизнь — рабство!»

Пепел, обращаясь к Клещу, спрашивает того, почему тот всё «скрипит», ведь живут же люди без работы.

Слова Клеща: «Я — рабочий человек… мне глядеть на них стыдно… я с малых лет работаю… Ты думаешь, я не вырвусь отсюда? Вылезу… кожу сдеру, а вылезу…». Он возмущается, что люди живут без чести, без совести. На что Пепел говорит: «А куда они — честь, совесть? На ноги, вместо сапогов, не наденешь ни чести, ни совести… Честь-совесть тем нужна, у кого власть да сила есть…» Его же слова : «Сатин говорит: всякий человек хочет, чтобы сосед его совесть имел, да никому, видишь, не выгодно иметь-то ее».

Входит Наташа. Представляет нового постояльца – Луку. Он говорит о своём отношении к людям: «Я и жуликов уважаю, по-моему, ни одна блоха — не плоха: все — черненькие, все — прыгают… так-то.» «Старику — где тепло, там и родина..».

Пепел называет Луку «знатным старичишкой». Он же говорит о том, что жалеет Наташу, плохо ей здесь.

Пепел предлагает Барону встать на четвереньки и залаять, тогда тот угостит его водкой. «Мне забавно будет… Ты барин… было у тебя время, когда ты нашего брата за человека не считал».

Барон спрашивает Луку, кто он такой, тот отвечает, что «странник». «Все мы на земле странники… Говорят, — слыхал я, — что и земля-то наша в небе странница».

Пепел и Барон уходят в трактир. На слова Бубнова о бароне, что в том ещё сохранились барские замашки, Лука говорит: «…барство-то — как оспа… и выздоровеет человек, а знаки-то остаются…».

Входит Алёшка с гармонью, песни поёт. Его только что выпустили их полицейского участка. Он говорит о себе: «А я такой человек, что… ничего не желаю!».

Входит Василиса, выгоняет Алёшку. Неласково она встретила и Луку. Она ругается. Что не было уборки, спрашивает, не видели ли Пепел. Бубнов говорит о ней: «Сколько в ней зверства, в бабе этой!»

Настя говорит, что уйдёт отсюда, что она лишняя здесь, на что Бубнов ответил: «Ты везде лишняя… да и все люди на земле — лишние…».

Лука вводит Анну, говорит о человеке: «Он — каков ни есть — а всегда своей цены стоит…».

Слышен шум, это Василиса бьёт Наташу.

Анна называет Луку «ласковым, мягким». «Мяли много, оттого и мягок…», — говорит тот.

Продолжение следует.

Пересказала: Мельникова Вера Александровна.